За «говно» ответишь

Сотрудники полиции заявили таштагольскому предпринимателю Вячеславу Чернову, что, организовав уборку коровьего навоза с улиц города он затронул честь администрации. Вячеслав возразил: «Не трогал честь администрации, я трогал только говно, чтобы убрать его с улиц, чтобы помочь администрации. Надеюсь, честь администрации и говно – это не одно и то же. В противном случае обязуюсь никогда больше говно не трогать».

Предыстория спора о чести и говне началась с вольготно пасущегося в городе крупного рогатого скота на протяжении долгого периода. Рогатые скотины отдыхали на тротуарах, перегораживая проход людям, гуляли по проезжей части дорог, объедали цветы на клумбах и не только мешали людям и транспорту, но гадили, гадили, гадили – такова уж у них природа, где едят, там и гадят. Многократные обращения в администрацию с требованием навести порядок в городе должного результата не принесли. И тогда Чернов организовал жителей города Таштагол на сбор навоза с дорог и тротуаров. В качестве стимулирующей меры приёмку собранного «богатства» осуществлял за деньги. Когда навоза накопилось много, пришло время его утилизировать. Поскольку правил обращения с отходами жизнедеятельности коров не существует, а хранить у себя собранное Чернов не имеет возможности, пакеты с коровьим дерьмом переданы в администрацию города для утилизации. Инициативный горожанин постелил полиэтилен и аккуратно, чтобы не загрязнить прилегающую территорию вывалил пакеты с навозом.

Теперь говно-вопрос предстоит решать чиновникам. Но они почему-то по-прежнему избегая выполнения своих обязанностей по наведению порядка в городе обратились в полицию. Сотрудники полиции в перспективе хранить у себя вещдоки, надо думать, тоже не обрадовались. Тем более, что действия Чернова не хулиганство, потому что не демонстрируют проявление неуважения к обществу (ст.213 УК РФ), наоборот, он радеет за общественный порядок. Неуважением к обществу является скорее бездействие администрации, в результате которого коровьи «мины» вынуждены обходить дети, ветераны, женщины с колясками и просто честные труженики, из доходов которых регулярно отчисляются налоги.

Налоги в свою очередь направляются на содержание чиновничьего аппарата, который должен следить за содержанием городских дорог в чистоте.

Что же касается слова «говно», которое использует Чернов, и на которое теоретически могли бы обидеться чиновники, то даже очень известные писатели не брезговали его использовать в своих работах. Причём чаще всего не для того, чтобы шокировать публику, не ради пресловутого «хайпа», а потому что слово ложилось в строку и лучше всего подходило для объяснения ситуации. Маяковский в стихотворении «Во весь голос» писал, обращаясь к потомкам: «Роясь в сегодняшнем окаменевшем говне». Вениамин Каверин в романе «Девять десятых судьбы» сообщал: «Да что, товарищи? Сами видите… говно ― дело!» Писатель-натуралист Михаил Пришвин фиксировал в «Дневниках»: «На Ботике настоящая зима, но в городе, говорят, по-прежнему всё в говне». И, конечно, «про это» знаменитый рассказ-анекдот Даниила Хармса: «Художник: Я художник! Рабочий: А, по-моему, ты говно!».

Слово «говно» не относится к так называемой обсценной лексике (табуированной, полностью недопустимой). То есть прямого законодательного запрета употреблять это слово вы нигде не найдете. Однако рядом с этим словом в толковых словарях русского языка стоят пометки «грубое», «презрительное», «сниженное». Причём независимо от того, идёт ли речь об экскрементах или это оценочная характеристика. Но в случае с Черновым и местными чиновниками ситуация не просто говно, чиновники ещё и вляпались в него по самое не хочу. А ведь для того, чтобы не вляпаться, достаточно было просто навести в городе порядок. В конце концов, почему свободно бегающая собака может быть признана животным без хозяина, а корова нет? Если же у коровы есть хозяин, а корова задержана не на отведенном для выпаса поле, а в городе, то пусть хозяин и наводит в течение 15 суток чистоту в городе.

Франк ТимурОвич

Данная публикация в рамках ст.29 Конституции РФ является личным мнением автора и не направлена на разжигание ненависти среди различных слоев населения, вражды или иных противозаконных действий.